Orlando is the topic of today’s post… again

I wouldn’t write, but I got an answer from a blogger on one of my comments about tolerance. Rude answer. Sad smile. Short story short.

I’m thinking: “tolerance” is a fundament stone under the tower of “love”, “peace”, “acceptance”, “celebration of each other’s difference”. I was told off, cause there is no space for tolerance after Orlando’s shooting. Gays were murdered! So everyone has to turn on full their taps of love for gays. I don’t care. Homosexual are the same for me as heterosexual. We are all people. I’m not sad because gays were murdered! I’m sad because people were murdered.

But I “have to” love gays… I don’t have a choice, no space for tolerance.

And even after knowing that Orlando’s shooter was a gay who killed Latinos as a revenge attack for being infected with HIV, I still have to love not people, but gays, cause they can’t except being like everyone else, they like screaming child demands everyone attention. Really?

Not. I know a different story. I know it from my family. So, still disagree, because tolerance is a key for stopping this madness.

I need freedom and TOLERANCE which gives me space and don’t squish me in pretend love hugs and don’t suffocate me in it’s anger reactions too.

День был замечательный.

Сегодня, мы гуляли по набережной, наслаждаясь холодным и безветренным вечером. Вернувшись домой, настроение подпортилось на следующие пять минут. Я получила ответ на свой комментарий о толерантности. Очень жесткий и злобный ответ.

Оказывается, толерантность- это не то чувство, которое должно появляться при виде геев. Я же наивно полагала, что толерантность -это основа и фундамент башен с названием “любовь” и “мир”. Ан – нет. При виде геев должна появляться любовь и только. Любовью и празднованием непохожести геев должна прорости вся планета, особенно после массового убийства в Орландо.

И, зная, что убийцей был гей, который мстил Латиноамериканцам за то, что один из них заразил его СПИДом, я все равно должна трубить о любви. Я не хочу зла, и навязанной касторковой любви не хочу. Все же милее свобода и толерантность, которая не сжимает меня в тисках любви или злобы, заходя за мои границы. Обязанность любить мне не оставляет выбора и места для воздуха. Мне не жаль убитых геев, мне жаль убитых людей.